Подписаться на рассылку

Поля в серых рамках обязательны для заполнения.

Фамилия
Имя
Отчество
Компания
Должность
E-mail
Телефон
Город
Отрасль
Роль
English
Подписаться на анонсы мероприятий
и электронный бюллетень
Холодная зима 2012-го года
Юлиан Панич, Заслуженный деятель Искусств России.

«.....О чем бывало ни заговоришь с ним, он все сводит к одному: в городе душно,и скучно жить, у общества нет высших интересов,оно ведет тусклую, бессмысленную жизнь, разнообразя ее насилием,грубым развратом, лицемерием; подлецы сыты и одеты,а честные питаются крохами......судебная ошибка при сегодняшнем судопроизводстве очень возможна...  чтобы присудить человека к каторге судье нужно только время... И всякое насилие встречается обществом как разумная и целесообразная необходимость...»

О ком это? О какой стране эти фразы? Да все о нас и о той же, нашей, русской стране. Когда написаны они? Ровно сто двадцать лет назад в 1892-м. Автор – Антон Павлович Чехов. Еще нет его великих пьес, нет прижизненной короткой, а посмертно – вековой славы.Но уже замечательный русский прозаик Николай Лесков отметил: « В Палате №6» в миниатюре изображены общие наши порядки и характеры... Палата его – это Русь!», а Лев Толстой написал: «...вот -сила, и в какой скромной форме! Как незатейливо. И как глубоко!»

А совсем молодого Владимира Ульянова – будущего Ленина – эта повесть привела в состояние шока: «когда я дочитал прошлым вечером этот рассказ, мне стало жутко, я не мог оставаться в своей комнате,я встал и вышел. У меня было такое ощущение, что я заперт в палате №6».
 
2012-ый. И снова мы слышим удивленное: «Где же мы? Где Русь – любимая нами и неотъемлемая от нас Родина?»

Где?

Где мы?

Посмотрите в Интернете (это – не тайна) мировые таблицы рейтингов достижений по медицине, образованию, гигиене и прочим социальным параметрам оставляют за Россией низшие места, рядом с развивающимися странами Африки и Азии. А русский алкоголизм, наркомания и проституция, равно как и беззаконие со стороны властных структур- неуклонно тянут Россию к первым строчкам все тех же мировых рейтингов человеческих несчастий.

Но в  позднюю осень и зиму 2011-2012  что-то треснуло, щелкнуло и изменилось. Люди будто очнулись. Началась безудержная активность в Интернете. И все-про политику. И все хлестко, наотмашь, еще пару секунд и кажется все выльется в Гражданскую войну в русском ее зловещем понимании. Началась уличная политика. ОМОН-у было приказано не ввязываться в стычки с толпой. А толпа осмелела. Вспомнились забытые слова «Интернационала» – позапрошлого Гимна нашей Родины :
«Никто не даст нам избавленья,
ни Бог, ни Царь и не герой...
Добьемся мы освобожденья
своею собственной рукой!»

Русские люди сами себя через Интернет вызывали на улицу!

Политолог Михаил Дмитриев: «Кризис политического доверия среди представителей среднего класса – явление необратимое", это проблемы с правовой государственностью, с безопасностью, недостатки в системе образования и здравоохранения».... «даже незначительное и случайное событие может вывести из равновесия политическую систему – будь то неудачные реформы нового правительства Медведева снижение цены на нефть или внешнеполитические конфликты».

В том же Интернете и по ТВ власть через своих доверенных публицистов заклинает чуть ли не открытым текстом: « ...брожение и раскол в обществе чреваты непредсказуемыми кровавыми событиями. За примерами ходить далеко не надо: Египет, Ливия, Сирия...Вот и в Европе постреливают, и везде льется невинная кровь и грабеж, и насилие, и убийства тысяч и тысяч своих же граждан.Опомнитесь!» 

Не слушают. Идут толпой то на московскую Болотную площадь, то на Дворцовую в Питере. «За справедливость!», «Даешь честные выборы!».

Я спросил на проспекте Сахарова в Москве у молодых людей, одетых в теплые ватники, разгоряченных событиями и спиртным: «Простите, за что вы мерзнете,ребята, на январском ледяном ветру? За что кричите, милые? Неужели за то, чтобы тех, кто стоит сейчас на трибуне у микрофона пустили в Государственную Думу? Чтобы они слились с корпусом послушных депутатов, где пока что основные места заняли активисты правящей партии – большие и малые чиновники, записные лизоблюды и карьеристы, а также вышедшие в тираж отставные спортсмены и несостоявшиеся опрерные певицы, люди хоть заслуженные, но такие послушные? Вы мечтаете, чтобы ваши представители,усевшись на Охотном ряду штамповали Законы, по которым мало кто живет, или находясь за большущую зарплату в «системной оппозиции» возмущались, разгуливали по залу, топали ногами, изображая из себя британских МР (членов Парламента) но с мнением которых не считаются? и своими «нет» и «против» никакой погоды в политике не делающие?

Меня не поняли. «Чурова – долой!»

Современная российская власть в ответ спонтанной Болотной площади и проспекту академика академика Сахарова в Москве ответила не ОМОН-ом с дубинками (что привычно было бы и уж точно по-русски), а митингом (и во много раз более массовым) своих сторонников на Поклонной Горе. И тоже – речи, и тоже «о судьбах России», и музыка, и плакаты.

И слушаешь одних – они правы, другие – тоже правы...а на улице мороз.

Но брожение в обществе налицо, озлобление – тоже. Опасность бунта реальна. Подстрекателей искать не надо, они всегда есть.

Кто защитит мир в стране?

Армия? ОМОН? МЧС? И редко кто раньше понимал, но теперь все больше людей понимают: «Нас защитим мы с вами. Отцы с сыновьями, мужья с женами, друзья с друзьями. Народ и его здравый смысл». И нет «мелких дел» в защите прав граждан. Будь-то баталии с ОМОНОМ жителей подмосковных Химок за спасение полосы Химкинского Леса при строительстве дороги Москва-Петербург, будь-то защита старого жилого здания в Москве популярной актрисой Татьяной Догилевой и ее соседями по Малому Козихинскому переулку, выступающими против строительства на этом месте видным русским режиссером и предпринимателем Никитой Михалковым отеля для иностранцев. И что там в основе, подспудной составляющей всех этих протестов? Может зависть? Но главное, что вижу я в этих бунтующих людях, что они не напуганы, как были напуганы мы – дети 1937-го года, дети репрессированных «без права переписки» родителей. Возможно, в людях после семи десятилетий затаенности под прессом тоталитаризма и двух десятков лет либеральной лжи проснулась такая простая вещь как Совесть. Помните у Окуджавы:
«Совесть, Благородство и Достоинство –
вот оно святое наше воинство.
Протяни ему свою ладонь,
за него не страшно и в огонь.»

Или спасет русского человека все то же искусство?

Искусство?

И в скверные эпохи оно было отдушиной. Оно хитрило, играя с цензурой в кошки-мышки, оно терпело разгромы и уроны, но возрождалось как Феникс из пепла, но жило и спасало душу народа. Один феномен Владимира Высоцкого чего стоит, он оправдался за всю Нацию. И он был не один. Вот и Александр Исаевич Солженицын в  своей Нобелевской лекции говорил: «…Как тот дикарь, в недоумении подобравший странный выброс ли океана? Захоронок песков? Или с неба упавший непонятный предмет... вертит его так и сяк, вертит, ищет, как приспособить к делу, ищет низшей службы, никак не догадываясь о высшей, так и мы, держа в руках Искусство, самоуверенно почитаем себя хозяевами его, смело его направляем, обновляем, реформируем, манифестируем, продаем за деньги, угождаем сильным, обращаем для развлечения – до эстрадных песенок и ночного бара, то затычкою, то палкою, как схватишь – Для политических мимобежных нужд, для ограниченный социальных…» 

А Искусство не оскверняется нашими попытками, не теряет на том своего происхождения, всякий раз и при каждом употреблении оделяя нам часть своего тайного, внутреннего света. (не могу удержаться от воспоминаний – я был тем самым «голосом», кто на волнах американской радиостанции «Свобода» прочел из Мюнхена по-русски  на СССР, на Россию, текст этой нобелевской лекции в  далеком 1972-м году. Я считаю это чтение главным делом моей жизни).

Спектакль и фильм.

Таким светом спасительного Искусства озарились мои дни морозной зимы этого, 2012-го, года. Я хочу говорить об одном драматическом спектакле и об одной киноленте. 

Я увидел  спектакль «Палата №6» в театре «Русская  Антреприз  имени Андрея Миронова», что на Петроградской стороне в Санкт-Петербурге, а фильм – по телевизору на Первом Канале Российского ТВ глубокой ночью в «Закрытом показе» Александра Гордона.

Но по порядку:

«Палата №6».

Сюжет рассказа Чехова известен: в некоем захолустном российском городишке, расположенном в трехстах километрах от нитки железной дороги, есть больница. Городская больница находится на попечении местной власти. В больнице есть доктор, есть фельдшер, есть санитарка и сторож. В пяти палатах лежат больные. Попадая в это заведение горожане, кого сочли нужным отправить на лечение, мучаются болезнями и редко выживают. Эти несчастные, коих опекает местная власть,получают скудную пищу, из которой еще воруют тот же сторож и санитарка, фельдшер – тоже. Ну что ж, это – видимая сторона медали: есть болезнь и есть медицина, и если суждено больному выжить – он выживет. А не суждено – нет. Но есть и невидимая всем сторона медали. Темная. На той стороне, в помещении с решетками на окнах, в сырости и грязи, на кучах тряпья и на железных кроватях без постельного белья, питаясь отбросами, влачат свою животную (не человеческую же!) жизнь вычеркнутые из человеческой жизни и заживо погребенные – сумасшедшие.Настоящие сумасшедшие или признанные такими. Это решает комиссия, которая показана Чеховым в процессе рассказа.

Среди сегодняшних пяти обитателей палаты №6 «лечится» (влачит существование, страдает, возмущается мировой несправедливостью и человеческим ничтожеством, подвергается побоям ) бывший судебный пристав, уроженец этого городка, некогда любимец городского общества Иван Дмитриевич Громов. Его словами я и начал эту статью.

Доктор Андрей Ефимович Рагин, потомственный врач, ранее готовивший себя к духовной карьере приехал в этот город молодым и подающим надежды врачом и попал в эту больницу, описание которой так напоминает репортажи сегодняшних журналистов о провинциальных больницах и поликлиниках...« В палатах, коридорах и в больничном дворе тяжело было дышать от смрада... Больничные мужики, сиделки и их дети спали в палатах вместе с больными, жаловались, что нет житья от тараканов,клопов и мышей...»
«.....Осмотрев больницу, Андрей Ефимович пришел к заклбючению, что это учреждение безнравственное и в высшей степени вредное для здолровья жителей.» 

Прошло немало времени и Доктор констатирует: «.... я служу вредному делу и получаю жалование от людей,которых обманываю: я нечестен. Но ведь сам по себе я ничто, я только частица необходимого социального зла: все уездные чиновники и даром получают жалование...Значит, в своей нечестности виноват не я, а время... Родись я двумя стами лет позже, я был бы другим.»

Кажется, что это написано в начале ХХI века, не так ли?

Чехов не ставил себе задачей, думаю я, описывать мерзости окружающей его жизни. Они известны были и так. И революционером он не был. Но он был  интеллигентом в с самом высоком значении этого русского слова, непонятного на Западе. Интеллигентом – то есть не только образованным, но и взявшим на себя вековую ношу этого типично русского сословия – личную, не перекладываемую на кого-то заботу о «братьях наших меньших»,  о Народе и Справедливости ...

Прошел век и пятая часть следующего века со дня передачи в печать рассказа Антона Чехова «Палата №6» . Сто двадцать лет. Темы, затронутые Чеховым, актуальны в России до фотографичности!

Спектакль «Палата №6» в «Русской Антрепризе имени Андрея Мирорнова» не предвещал мне,казалось, ничего неожиданного: автор известен – Чехов, режиссер – Влад Фурман – тоже известен. Я видел несколько его работ и в театре и на телеэкране.  Актеры мне были неизвестны. Это же не звезды телесериалов, этим, кто сегодня играет в спектакле, как правило, достаются в сериалах эпизодические роли безликих ментов и подвыпивших прохожих.  Публика же знает тех, кто примелькался на ТВ. Чем чаще мелькает актер –  тем лучше.

Я видел не меньше пяти инсценировок и экранизаций «Палаты№6». И во всех этих инсценировках и экранизациях мысль была одна –  жить страшно, человек – слабое зависимое существо, наше представление о «нормальной жизни» – миф.

Так что меня не интересовало- про что, меня интересовало -как?

И еще не заняв зрительского кресла в маленьком на сто мест зале театра «Русская Антреприза имени Андрея Миронова» я  оказался вовлеченным в некую театральную интригу: будто во времена ранней Таганки у Юрия Любимова действие «Палаты»  начиналось с фойе.   Не сразу понимаешь, что же это загородило и без того небольшое фойе театра?  Нечто, напоминающее человека,  распятого, грязно- серого, завернуто в саван. Но почему он (оно?)  висит в переплетении прутьев из железа... Всматриваешься – оказывается это стоит дыбом «койка» – кровать, и человек (чучело человека) лежа лицом вниз на кровати,  поднят – кровать стоит дыбом.  «Мир встал на дыбы» – подумал я.

Прозвучали позывные – мотив одной из песен Андрея Миронова и публика прошла в зрительный зал.
Занавеса нет. Сценическая конструкция художника Олега Молчанова поражает при первом взгляде на нее. На сцене мир как бы перевернутый  с ног на голову и  потолок в этом мире – доски пола, которые потолок. К потолку-полу привинчены пять железных кроватей. Кровати таким образом висят под потолком.  Забегая вперед скажу, что когда на них оказываются персонажи  «Палаты», то создается добавочное впечатление, что  персонажи видят мир вверх ногами и еще смотрят на этот мир сквозь решетки на окнах, так как кровати покрыты решетками. Это – контрапункт, от которого «пляшет» все действо.  Я понимаю, что Олег Молчанов предлагает тексту и режиссерской задумке  версию, готовую на равных соседствовать с текстом и спектаклем. Гаснет свет и с невнятым бормотанием – каждый  бурчит, жалуется или радуется о своем, не слыша никого другого кроме себя, подгоняемые пинками и кулаками отставным солдатом Никитой – как стадо баранов пробегают на сцену обитатели палаты №6. Все в лохмотьях, запущенные, измочаленные, целая галерея типов, будто сошедших с фотографий начала прошлого века.

И пока больные укладываются на свои подвешенные к потолку нары, я хочу рассказать о режиссере.
Я знаю его. Всю жизнь. Я дружу с его отцом вот уже полвека,  и на моих глазах  мальчик, студент Театрального института Влад Фурман вырос  в крупного, убеждающего своими нестандартными решениями и четкостью работы с актерами и художниками режиссера. Вот и сейчас, на это его десятом (пятнадцатом?) спектакле и после многих снятых им телефильмов Влад Фурман создает атмосферу бескомпромиссности в раскрытии чеховского рассказа, что вселяет в актеров,и а потом и в зрителей, чувство уверенности в верности трактовки.  Это – великое режиссерское качество: «имперский режиссерский принцип» и  унаследовал  Влад Фурман его от своего учителя – Георгия Александровича Товстоногова. И все месяцы работы  Влад Фурман добивался и от актеров, и от художника и от театральной обслуги  воплощения своего видения известного материала.  И добился.

Ничего лишнего у Чехова не оказалось, все, что он хотел-он сказал в 1892-м году.  И ничего иного, чем у Чехова, на сцене не происходит в году 2012. Но почему я весь наполнен ассоциациями, почему я думаю о сегодняшнем дне и почему я все время звабываю, что это 1892-ой год? Или так хитро это «режиссерское свое» вплетено в этот спектакль, что отличить «отсебятину» от оригинала текста просто невозможно? Антон Павлович Чехов так написал. Так мы и видим «Палату №6». Но смотреть и слушать все сложнее.  Вот на наших глазах добродушный и даже веселый доктор Андрей Ефимович  Рагин превращается в с ума  сошедшего, и место которому в палате для ума лишенных, и рушится весь  мир этого умного русского интеллигента.

На два часа спектакля те сто человек, которые заполнили маленький зал театра «Русская антреприза имени Андрея Миронова», тоже были интеллигентами,  на время спектакля они не просто отключили мобильные телефоны, оторвавшись о повседневной бытовухи, они внимали Чехову, верили Чехову, были другими людьми....  И все два часа представления тихий ужас заполняет пространство сцены и зала. Я не мог оторваться от сцены, я внимал истории, не отвлекаясь на профессиональные оценки как «играют» актеры, как их поставил и наставил режиссер.  И я, как сто лет назад Володя Ульянов, могу сказать, что во время спектакля «...У меня было такое ощущение, что я заперт в палате №6».

Аплодисменты актерам и режиссеру, аплодисменты в первую очередь Антону Павловичу Чехову длились очень долго. Люди стояли тесно прижатые друг к другу и аплодировали. Люди долго еще находились в плену мыслей и чувств русского интеллигента Чехова, вскрытых группой интеллигентов «Русской антрепризы имени Андрея Миронова». Зрители не спешили в гардероб, «за калошами». А когда прошли в фойе, то на них все так же смотрело и не такое уже страшное чучело, лежащее ничком на кровати, вставшей на дыбы.

Постскриптум.

Не прошло и месяца со дня этой истории, как по всем каналам ТВ прошел репортаж – маленький петербургский театр «Русская антреприза имени Андрея Миронова» посетил Владимир Путин. Визит частный. Путин еще со времен работы президента в мэрии северной столицы, был и остается добрым знакомым Рудольфа Фурманова, художественного руководителя театра. Путин приехал в театр к Фурманову повидаться и поговорить. На спектакль не остался – жесткий график.Повидались. Поговорили. Разъехались.

Но мне представилось: вот бы пришел Путин на «Палату №6». И его, так же как и сотню зрителей, как и меня привел бы в ужас рассказ Чехова о попранном человеческом Достоинстве. И он бы аплодировал до покраснения ладоней. Он ведь тоже – русский интеллигент.

Гражданская война.

На соискание национальной премии НИКА в эту зиму было выдвинуто множество лент. Как бы не хромал наш кинорынок – сколько бы не заполняли его американские фильмы – хорошие и поделки, китайские и японские мультяшки, все же русский кинематограф жив. Даже при дефиците зрителей. Что с точки зрения экономики – нонсенс. Снимают себе в убыток? Да, часто – заведомо зная, что публика на фильм не пойдет. Так снял свой фильм-сагу «Жила-была одна баба» мастер кино, режиссер и актер Андрей Смирнов, один из  вдохновителей и идеологов кинематографической революции – предшественницы российского всеобщего противостояния 1990-х годов.

Из интервью с режиссером Андреем Смирновым: «это единственная картина в моей жизни, с которой не было проблем. В кино сейчас нет цензуры, все его достоинства и недостатки – вопрос мастерства режиссера или автора. ...Надо было вникнуть в крестьянский образ жизни, этнографию тамбовской губернии... Проблема в том, что никто ничего не знает, в тамбовских деревнях, например, висят фотографии чекистов. Я был в ужасе, когда это увидел, – зачем вы вешаете портреты своих убийц! А откуда им знать – бабки молчали, то поколение вообще боялось говорить. В то же время не считаю свою картину исторической, потому что отношение людей друг к другу за это время совершенно не изменилось – сядьте за руль, покатайтесь по Москве хотя бы два часа. Все друг друга ненавидят, никто друг другу не уступает. …Темой картины, если хотите, можно считать высказывание Константина Леонтьева, который еще в 80-х годах XIX века обронил: «Христианство на Руси еще не проповедано»....Люди просто не хотят знать историю, не хотят знать, что было на самом деле. Мы на постере поставили как слоган фразу философа Эдмунда Бёрка: «Те, кто не помнят прошлого, обречены пережить его вновь». 

Я увидел «Жила-была одна баба» в «Закрытом показе» Александра Гордона по Первому каналу ТВ.Меня тронул фильм. А потом увлекла дискуссия.Были высказывания «за» и «против» картины Андрея Смирнова. Юрий Поляков, отличный русский писатель, главный редактор «Литературной Газеты»: « Гражданская война начала 20-го века – это не война за белых или за красных. Это война всех против всех...

И Юрий Поляков пишет в своем блоге в Интернете: «....История повторяется. И мы сегодня в известной мере сталкиваемся с тем, с чем наши деды столкнулись после Октября. Любая революция – это попытка с помощью направленного взрыва разрешить бесчисленные противоречия, копившиеся долгие годы не только в социальной и производственной, но и во всех иных сферах жизни, включая культуру. Но разные заинтересованные силы стараются направить взрыв в нужную им сторону, в итоге гибельная волна может ударить туда, куда никто не ожидал. В известной степени так и случилось в России… Как написал Волошин: И зло в тесноте сраженья Побеждается горшим злом.»

Что прибавить к этому? Фильм не провалился в прокате. Фильм просто не вышел в прокат. Объясняют, что кинотеатры не могут быть пусты и фильм Андрея Смирнова, получивший несколько премий НИКА в этом году, просто не взяли прокатчики. Частное дело – кинопрокат. Что делать, если публика не пойдет? Погорят владельцы или арендаторы кинотеатров. Кто может заставить людей вести бизнес себе вы убыток?

Зима 2012-го была холодной и весна пока не пришла на нашу русскую землю.

© The Center for Entrepreneurship

Мнения, выраженные в этой статье, принадлежат автору и не обязательно отражают точку зрения Центра предпринимательства.